Наші серця — з Україною

Мнение

Появится ли у абхазских НПО приставка «иноагент»?

14 марта, 2022 • 629
Появится ли у абхазских НПО приставка «иноагент»?

Совместные проекты международных организаций с абхазскими НПО уходят в подполье. В 2021 году, как никогда много проектов COBERM было реализовано в Абхазии и информации по ним в открытых источниках тоже было больше обычного. Но после заявления де-факто министра иностранных дел Инала Ардзинба о том, что проект COBERM и ему подобные не должны больше работать в Абхазии насторожились все. Но в основном НПО, так как за счет донорства международных организаций они могли осуществлять свою деятельность, и что немаловажно — обеспечивать рабочими местами и достойной зарплатой местное население. Полностью свою деятельность западные грантодатели в Абхазии не прекратят, но об их деятельности наверняка уже так широко информировать не будут.

«Международные организации, войдя в Абхазию, взяли на себя определенные обязательства. Пусть и не задокументировав это. В первую очередь важен социальный аспект. Люди, обеспечивающие реализацию проектов, получили возможность реализовать свои навыки и получить за это достойную оплату труда. Не секрет, что даже получив хорошее образование и имея трудовой опыт, молодежь и зрелые специалисты нередко оказываются ненужными. В Абхазии трудно найти работу, а проекты в частности COBERM становятся хорошим способом трудоустроиться», — рассказывает Тамара (имя изменено), — «но наша публика навешивает ярлыки на тех, кто задействован в такой деятельности».

Даже если мы раздаем медикаменты или удобрения, «патриоты» выискивают на них грузинские этикетки, и начинают рассказывать, что мы раздаем отраву. Привозим детям компьютеры или даем возможность девушкам посетить курсы, то, по мнению некоторых, развращаем молодежь. Проводим уроки толерантности – значит растлеваем детей. За всеми нашими проектами они видят злой умысел и продажу Родины».

Так, по мнению сотрудницы одного из международных проектов работает пропаганда. По ее словам, она была бы рада, если бы проекты подобные COBERM реализовывались российскими организациями, но этого не происходит.

«Деньги, которые вкладывает в Абхазию Россия идет через Правительство. Возможно, Российские НПО работают через русскую общину, но этой работы практически не видно. Я почти уверена, что даже если они есть, то средства распиливаются на месте. Мы видим, как проходят какие-то мероприятия под эгидой русских организаций, но это все мелочь же, пропаганды в них больше, чем реальной помощи», — говорит сотрудница НПО.

«Я надеюсь, что COBERM продолжит свою работу в Абхазии,- рассказывает другой собеседник. То, что реализовывают они тут, не делает никто. Это реальные дела, которые необходимы людям. Кто-то получил теплицы и смог начать свой бизнес, кому-то помогли с приобретением скота, и это не те, лишайные коровы, которые пытается сейчас раздать бесплатно наш Минсельхоз. Да есть, местные организации, которые помогают многодетным, например, но есть категории людей, которым тоже нужна помощь, но способны на это только НПО».

Обеспокоены перспективой прекращения работы НПО и те, кто уже получил их поддержку.

Открыто заявлять о своей позиции никто не хочет, так как каждое высказывание, идущее в разрез с официальной линией поддержки стратегического партнера, модет в последствии вызвать проблемы. Вот что говорят жители одного из сел восточной части Абхазии: «Мы в Абхазии чувствуем себя более защищенными. Дети много раз говорили, бросайте свой огород и приезжайте к нам нянчить внуков, но мы не бросили и даже получили поддержку со стороны международной организации. Я выращиваю цветы, овощи, у меня 6 коз, гуси утки. Если бы мне в свое время не помогли со строительством стойла для скота и инкубаторами для яиц, мы наверное все бросили бы и уехали. В восточной Абхазии трудно выжить, даже получая российскую пенсию. Но сегодня я не хочу никуда ехать, мне хорошо дома. И после этого еще меня будут называть предательницей. Соседка лентяйка называет уже нас шпионами. А все потому что мы получили мотоблок, а она нет».

Путь к тому, чтобы гуманитарные организации втянуть в политику был довольно продолжительным и последовательным.

Весной 2023 года в де-факто парламент Абхазии поступит законопроект об иностранных агентах. Об этом говорят и среди представителей неправительственного сектора, и официально. Но ждали эту инициативу абхазские НПО давно. Несколько лет назад в сеть Фейсбук выбросил бухгалтерские ведомости и другие документы неправительственных организаций анонимный пользователь под ником «temur kodory». Тогда разразился скандал и участников различных международных проектов обвинили даже в продаже родины. И хотя шум продолжался недолго, осадок остался. Насторожились и в НПО. Одни предположили, что это провокация из-за Ингури, другие, что это подготовка к внедрению аналогичного российскому закону, закона об иностранных агентах.

В конце 2021 года, когда на посту т.н. министра иностранных дел оказался Инал Ардзинба, имеющий большой опыт работы в Кремле, стало понятно, что закон об иноагентах не за горами. А его встреча с представителями международных организаций и запрет на проекты, подразумевающие участие молодёжи и экспертов во встречах с грузинскими коллегами только подтвердили, что ситуация развивается в заданном направлении.

После того как прошла эта встреча, и новость прозвучала во всех СМИ, незамедлительно последовала реакция представителей НПО. По большей части все высказались с резкой критикой инициатив нового главы абхазского де-факто МИДа.

Руководитель общественной приёмной по правам человека при «Центре гуманитарных программ» Диана Керселян в своей публикации в сети Фейсбук возмутилась недоверием к представителям НПО которые все послевоенное время оказывали поддержку населению и ни дали ни одного повода усомниться в прозрачности своей деятельности.

«В тех случаях, когда нам предлагают неприемлемые условия, мы отказываемся от сотрудничества, во всяком случае, наша организация это много раз делала. Но важность международного присутствия в Абхазии, в частности, ООН, никогда не ставилась под сомнение ни властями, ни гражданскими организациями, потому что мы все понимаем, что это важнейший канал коммуникации с международным сообществом, тем более, ООН – это важнейший институт, в котором наш союзник имеет право вето. Можно, конечно, вынудить покинуть Абхазию агентства ООН и другие организации, выбрав путь Южной Осетии, но потом уже выстраивать отношения будет очень и очень непросто», — написала Диана.

Практически все представители НПО говорили о том, что такая политика приведёт к усугублению изоляции Абхазии.

Элона Турава, содиректор общественного фонда развития «Амшра» написала на своей странице в Фейсбук: «Тридцать лет назад наш народ выиграл войну, чтобы стать свободным и независимым. Под руководством Владислава Ардзинба наша страна начала долгий и сложный путь к признанию мировым сообществом. Спустя тридцать лет начался быстрый, простой и смертельный процесс изоляционизма Абхазии. Когда не понимаешь, почему что-то происходит, задай вопрос «Кому это выгодно?» Кому выгодна изоляция нашей страны? чьи интересы на самом деле продвигают такой политикой? Кто выгодоприобретатель от такой «дипломатии»? Вариантов тут несколько, но это точно не республика Абхазия».

Глава детского фонда Абхазии Асида Ломия на слова министра Инала Ардзинба о том, что все двусторонние проекты в Абхазии осуществляются в интересах Грузии ответила, что в интересах Грузии в первую очередь изоляция Абхазии. «Что касается целей и задач правительства Грузии — их цель нам известна. Полностью изолировать Абхазию и оставить нас без всякой помощи. Это в интересах правительства Грузии. Но не нашего правительства и наших организаций».

Изольда Хагба член Всемирного Абхазо-Абазинского Конгресса уверена, что неправительственные организации в Абхазии снимают много вопросов и решают важнейшие проблемы которые без них тяжким бременем ляжет на плечи государства. Так она комментирует негатив, который нагнетается вокруг НПО:

— «Я, например, просто уверена, если все неправительственные организации в Абхазии, вне зависимости от источника финансирования, договорятся и приостановят свою деятельность примерно на год или два, то ни одно правительство не «усидит в седле». И без того низкий уровень жизни по стране упадёт так, что любого руководителя «снесут» и, что называется, фамилию не спросят».

Сотрудники абхазских НПО обеспокоены и тем, что многие с восторгом встречают инициативу запретить работу отдельных международных организаций и принятия закона об иноагентах. Они не просто рукоплещут этому, но и сопровождают комментариями, где на всех, кто связан с деятельностью НПО, навешивают ярлыки предателя, изменника родине и прочие в том же духе. Психолог Элана Кортуа не раз участвовала в различных международных проектах, и так сегодня комментирует происходящее вокруг них:

— «Самое печальное — это когда в своей стране приходится доказывать, что ты не верблюд. Родился здесь, жил здесь и в сложные , и в другие периоды, вернулся сюда после окончания учебы, работаешь, стараешься созидать и привносить в окружающую жизнь что-то хорошее, да и в конце-концов просто любишь Абхазию и хочешь здесь жить. Вдруг тебя хотят заставить почувствовать себя «провинившимся», каким-то «недочеловеком», начав подозревать, преследовать и обвинять в предательстве и измене родине, потому что ты связан с НПО! Из-за того, что ты сотрудничаешь, работаешь или просто уважаешь те направления деятельности, которые осуществляют те или иные неправительственные организации! В этот момент начинается рушиться и без того шаткое ощущение безопасности в своём родном доме!».

Итогом обсуждения в гражданском обществе инициатив нового де-факто министра иностранных дел и перспектива принятия закона об иноагентах стало «Обращение граждан Республики Абхазия». В нем говорится о том, что если закон об иноагентах будет принят — это негативно скажется на международном имидже Абхазии, и косвенно подтвердит расхожий тезис об оккупированной Абхазии.

«В настоящее время НПО – это один из немногих каналов коммуникации с международным сообществом, который нельзя перекрывать, учитывая, что Абхазия стремится к расширению международного признания. Блокирование же внешних контактов будет означать отказ от важной работы в этом направлении», — говорится в Обращении.

Этот документ подписало более 400 человек, большинство их которых не имеет отношения к неправительственным организациям, но все они понимают, насколько важна их работа, как важно присутствие в Абхазии международных организаций.

Что касается противников их деятельности, то среди тех, кто открыто высказывался в сети Аслан Кобахия, экс- депутат парламента, экс-министр внутренних дел и бывший глава таможенного комитета. Он уверен, что международные проекты, предусматривающие встречи абхазской и грузинской молодёжи и экспертов нацелены на сближение и внедрение идеи воссоединения, что, как он говорит, противоречит т.н. Конституции Абхазии.

Очевидно, что работать, как раньше проекты, финансируемые западными международными организациями, не смогут. Но и совсем уйти из Абхазии не захотят, по крайней мере, на это надеются местные ПНО. Вряд ли обращение даже четырех сотен человек повлияет на принятие закона об иностранных агентах. Против запрета абортов выступало гораздо большее количество человек, но за 6 лет Парламент не внес даже поправки касающиеся абортов по медицинским показаниям.

Приставка иностранный агент, скорее всего у Абхазских НПО появится, но смысл в их деятельности не изменится и нужда в них не сократится. А может быть и возрастет, учитывая, что сегодня происходит на постсоветском пространстве.

Правила перепечатки